dernaive

Давно. Во времена редких видеомагнитофонов. На выставке, где мы и куча народа еще демонстрировали достижения нашей научно-технической мысли в строительном прогрессе, большой популярностью пользовался стенд Одной Оконной Компании. Там работало три стендистки с ногами настолько же длинными, насколько были укорочены их мини-юбки. Из белых блузок наружу рвалось такое, что у проходящих мимо перехватывало дыхание от всего комплекса впечатлений. Хотя мимо все равно пройти было нельзя - только протиснуться.

Я по выставке не шастал, мне водитель сказал:

- Иди посмотри, как надо предприятие рекламировать. У нашего стенда человек пять-шесть все время, а там полвыставки мужиков столпилось. Надо опыт перенять.

- Как компания-то называется, - спросил я, - чем занимается?

- Так фиг его знает, - я на девок смотрел.

Девок мне было не переплюнуть. Нет, если б я снял штаны и надел белую блузку на меня бы внимание обратили, но толпа мужиков точно бы не собралась. Да и девчонок, пожалуй, тоже. Надо было что-то делать.

И мы сделали, воспользовавшись разработанной Дарвином теорией эволюции, согласно которой человечество имеет вполне себе обезьянье происхождение. Что делает нормальная обезьяна смотрясь в зеркало? Корчит рожи. Зеркала не было и мы стащили из гостиничного номера телевизор, воткнули в него видеокамеру и все заработало.

Надо вам сказать, что корчить рожу в видеокамеру народ любит не меньше, чем смотреть на красивых девок в мини. Но у видеокамеры есть неоспоримое преимущество. Ее в конце рабочего дня можно выключить, и все-таки пойти на соседний стенд знакомиться с красивыми девками в мини.

А в номере, откуда мы забрали телевизор, нас ждал Алексеич, дальнобойный водитель КАМАЗа. Я про него уже рассказывал. Телевизор из номера мы забрали, но там остался видеомагнитофон, с маленьким красным огоньком, потому что выключен, и Алексеич, с глазами красными от недосыпа, потому что только что из рейса.

Часов через десять. После того как выставка закрылась на ночь. Захожу в номер, телевизор вернуть. Сидит Алексеич, напротив видиомагнитофона.

- Как поживаешь, - спрашиваю, - Алексеич, чего делаешь?

- Нормально поживаю. Видеомагнитофон смотрю, блядь!