dernaive

Вот мы так же шли с приятелем с работы по Садовому кольцу. В советское еще время, зимой 1990 года. Дошли до площади Земляного вала, а дальше ему налево, мне направо.

- Николаич, пойдем в институт, - а мы в одном институте в разные годы учились, - зайдем, на кафедре по стаканчику квакнем, ребят давно не видели.

- Да гори он огнем, институт твой, - отвечает Николаич, - я домой хочу. И пошел.

Он налево. Я направо соответственно. Подхожу к институту, а он горит. В буквальном смысле слов. Пожарные, вода, эвакуация. Студентки дежурные в гардеробе последние куртки охраняют. Посмотрел, помощь никому не требуется – зевак и без меня достаточно, все при деле вроде. Тоже домой направился.

А утром мы с другом на разных территориях нашего предприятия оказались. Я мимоходом всем рассказываю, мол, у Николаича взгляд черный, слова хуже Кашпировского. Сказал про альма-матер, чтоб сгорела и сгорела тут же до основания практически. Пиздец заведению.

Все удивились даже. И решили пошутить. Сейчас, говорят, мы этому «черноглазому» позвоним. И звонят:

- Иван Николаич? Вас из Комитета Государственной Безопасности беспокоят.

- Вы вчера на Земляном валу были? Были.

- А что вы там про институт говорили? Не помните? Ну мы вам напомним.

- Вы говорили, чтоб он сгорел.

- И что? Так вот он сгорел.

- Это просто слова? Они не имеют значения? А вы похоже не осознаете всю меру своей ответственности…

Нет, Николаич, конечно нас расколол. Вот только институт-то все равно сгорел нахрен.